Абсолютно рабочий пуукко

Знаете, какой клинок из всех его типов, придуманных человеком, самый рациональный? Это знаменитая «бритва Оккама»- известный философский принцип, высказанныйв 14 в. Вильгельмом Оккамским – «Не умножай сущностей без необходимости!» Или, как отполировали эту мысль уже позже, «При прочих простейшее решение обычно наиболее верно». Отсекая «бритвой Оккама» сложные варианты, получим искомое. Применительно к ножам сей принцип, похоже, лучше всего выучили именно скандинавы… Они поняли, что удобное должно быть простым.


Проверить правильность утверждения: «Нет хороших и плохих ножей, есть лишь удобные и неудобные», -достаточно просто. Нужно взять в экспедицию пару этнических ножей и постараться понять, какую же именно работу предки отводили той или иной модели? При этом желательно помнить, что простые рабочие клинки создавались именно для работы, так как в далекие времена формирования их линий и изгибов, общего строя и второстепенных, но важных тонкостей люди труда пикников не ведали и в «зоны отдыха» не хаживали.

Предложение протестировать на полевую пригодность относительно новые для России ножи финской фирмы «Ahti Kivikangas» вполне совпадало с моими планами навестить милые сердцу озера плато Путорана в режиме полного отрыва во всех смыслах. До этого времени слово «Kivikangas» я знал исключительно по рыболовным сетям, коими порой пользуюсь и сейчас…Мне предложили выбрать любые модели из имеющегося ряда. Движимый жаждой новизны, я сделал свой выбор, и скоро два присланных ножа были приобщены к груде снаряжения, ожидающего заброски вглубь плато.
Только увидев их, я сразу перестал бояться за судьбу этих ножей. Абсолютно рабочие пуукко, которым повезло вернуться в дикую северную природу, для жизни в которой они и были созданы изначально. Из всего своего опыта общения со скандинавскими ножами я давно понял главную опасность, которая может подстерегать пользователя – поздние изменения, внесенные в конструкцию ножа ради технологичности и цены. Надо признать, что финны и норвежцы редко переходят разумные границы, предпочитают не экспериментировать в главном, завершая все вмешательство подменой материалов.
Я выбрал два ножа – «Vaara» и «Korpi». Понятно, что выбор был мотивирован желанием опробовать модели необычные… «Korpi» привлек мое внимание косым подвесом ножен в сочетании с подпальцевой выемкой под мизинцем, a «Vaara» -металлическим пояском-обжимом при почти полном отсутствии грибка и выточки в головке рукояти. Первые впечатления. Ножны, традиционные для Каухавы, – отличная вещь. Это, пожалуй, самые компактные и легкие ножны из всех, встречающихся на финских пуукко. Нет «лососиного хвоста» в наконечнике, нет контурного шва. Жесткая вставка в половину ножен образует изящный конус устья. Легче и меньше их только ножны от Хеймо Розелли. Ну, да ладно… К ножнам мы еще вернемся, там есть, что испытать.  

Сами ножи. Приятно удивила толщина обуха. Потолще, чем на «Marttiini», посолидней, и сразу даже зрительно клинок выглядит прочней! Обух «не из-под штампа», матово блестящий, точеный, крупная риска. Это о чем-то говорит. Во времена, когда каждая операция влияет на скорость и цену, вводить дополнительную обработку клинка – признак добросовестности. Углеродистая сталь. Какая точно, традиционно у финнов не выпытать… Однако, фирма «Ahti», не в пример другим, все же указывает на содержание углерода в 0,75%. По моим субъективным ощущениям, очень уж похоже на «розеллевскую» сталь W75, ту, что среди прочих называют «крупповской». Впрочем, кто только ни пытался прильнуть к плечу знаменитого фабриканта!

Твердость HRC 59 плюс минус один. Хорошая заявка. Травленое или нанесенное лазером клеймо. Оковки аккуратные, строго симметричные. По краям – крошечный буртик дерева ручки… К чему бы это? Ручки березовые под темной морилкой и проваренные в масле. Чуть шершавые, но не «цепучие». Никакого лака. Сквозной монтаж и расклеп через шайбу. Заусенцев на расклепе нет, как бывает у «Marttiini». Традиционно прекрасная заточка «пожал-те бриться!». Первые впечатления бывают самые верные. Сначала я сам попробовал стандартные операции «на дому», а потом, одергивая себя, показал ножи нескольким людям, которых считаю любителями и ценителями хорошего клинка.«Korpi» сразу показался чересчур толстоватым. Указательный и мизинец лежат удобно, а вот средний и безымянный просят меня сточить напильником увесистое брюшко. Сама подпалыдевая выемка у головки удивления не вызывала, я в свое время достаточно привык к ней, работая «Скарпингом» от фирмы «Helle». Но общая толщина ручки… Что-то тут не то. Или я это что-то пока не понимаю.

На правильную дорогу направил мой друг, альпинист и экстремальщик, с удовольствие повертевший «Korpi» в руках и заявивший безапелляционно: – Очень удобная ручка! Я не понял и попросил подробностей в оценке.
-Знаешь, у меня на работе порядка сорока отверток. И у всех разные ручки. Я-то, в отличие от тебя, работаю руками много и долго. Мышцы у нас разные, моторика и хват. Под мои пальцы, не избалованные изящным стилом и клавиатурой, да для силовой работы – самое то!
Не совсем осознав сказанное, я вручал нож разным людям, в том числе и с достаточно крупной кистью. Что выяснилось. Те люди, что, имея большую лапу, не отягощены повседневным физическим трудом, ручку «Korpi» воспринимали, как крупную. А вот рабочий народ хватал ножик бодро, вертел уверенно и удивлялся на удобство! То есть, от размера кисти восприятие не зависело… Что же, будем разбираться в поле.

«Vaara» разночтений у опытных полевиков почти не вызвал – удобныйрабочий ножик. Ручка у него не бочкообразная, как на «Marttiini», а чуть уплощенная, как у ножей Хеймо. Нож прекрасно центрируется и нет «эффекта опинеля», непроизвольного проворота.
Настало время, и катер КС-100, забитый снаряжением, упорно потащил меня вглубь плато поперек жесткого шторма. Возможностей спрятаться в каюту не было, и «Vaara» вместе со мной претерпевал невзгоды волновых ванн и бросков по палубе. Признаться, пару особо тяжелых часов я о ноже и не думал, глядя на такие лютые волны и опасные нырки катера под них! Температура воды за бортом – плюс семь градусов, а до берега, если что, два километра ледяной воды… Но Дух Озер мил к рискующим, и, в конце концов, мы причалили к заранее намеченному месту, где нам и предстояло прожить в палатках вне всякой связи с цивилизаций. Ближайшее жилье располагалось через горы километрах в двухстах от лагеря. Капитан пожелал осторожности и отчалил, бодро сообщив на прощанье, что из-за надвигающихся штормов на «входных» реках никто сюда в обозримое время не пройдет при всем своем желании… Вот уж, воистину, берегите себя! И я начал жить в отрыве, в компании верных друзей и ножей. Летали утки, плескалась рыба. Огромный «тундровый» кот Пуштун, которого я все годы беру с собой, уже через полчаса после десантирования задушил зайчонка и приволок его под кухонный тент, в «обшак»… Подал пример. Словом, интересных дел наклевывалось немало.На плато Путорана, на сложном стыке многих ландшафтов, есть все. Арктическая тундра высот плато, альпийские луга, лесотундра и тайга, зеркала гигантских озер, переплетения рек и водопадов. Соответственно, характер внезапно возникающих задач и ситуаций самый разнообразный, порой непредсказуемый. Здесь нужно, что бы нож всегда был при тебе. Обладателям тяжелых тесаков, «трубчаторучных выживальников» и «кэмповых» ножей не позавидуешь… Согласен, любой человек в состоянии протаскать достаточно тяжелый и «заметный весом и габаритами» нож целый день. Ну, пару дней… Но потом нож неминуемо надоедает, и ты его снимаешь. В автономном проживании это, мягко скажем, нежелательно. В этом плане ножи «Ahti» вполне пригожи. Небольшие, легкие, без выступающих частей и совершенно не мешающие манипуляциям в лодке и у разделочного столика, на склоне и переправе. Модель «Vaara» имеет свободный подвес ножен через металлическое кольцо; это позволяет ножнам адаптироваться к положению тела, не впяливаясь в бок или бедро. А вот на «Korpi» поясная петля плотно прихвачена к устью ножен накосо, двумя толстыми заклепками, навеки располагая нож под фиксированным углом. Поэтому «Korpi» надо носить на левом боку или на животе. Достаточно непривычно для России, где в силу неизвестных причин принято носить нож справа. Хотя все больше встречается подвесов шейных, бедренных, а то и вариативных, – люди пробуют, экспериментируют и учатся… Подвес «Korpi» особо удобен в двух случаях: если ты в лодке, и если ты с ружьем. Висящий на правом плече карабин в комплекте с патронташем и ремнями не всегда оставляет место манипуляции руки. Кроме того, такое расположение ножа доступно и для левой руки, что немаловажно, если ты пробираешься по сложному склону, скрывшему свои опасности в буреломе и отвалах лавинных начесов…

Впрочем, если учесть, что «Korpi» с финского переводится как «чащоба», «глухомань», то адаптированность этого ножа к тяжелым работам в любой позе не удивляет. Нож легко перемещается с бедра на живот, не болтается и в принципе не может ни за что зацепиться. Его несложно разместить в боковом бедренном кармане полукомбинезона. Но я не сторонник такого способа ношения, причем ретроградства тут нет. Просто есть желание снизить риски. Лишние лямки, карманы и предметы, расположенные на наиболее активно двигающихся частях тела, вполне приемлемы, если дополнительный риск получить травму в движении не фатален. А вот если помощи в течении многих дней ждать неоткуда, то нужно быть особо осторожным и аккуратным в пути и работе…

«Vaara» с финского переводится как «опасность». Это выраженный полевой EDC нож. Чем-то он похож на старые «harma puukko», и, прежде всего, – овальной в сечении рукояткой, более характерной для норвежцев. Такие вот ножи и стали печально знамениты в Финляндии из-за частых ссор с их применением… А что, вполне годится. Ну для меня он – повседневный пуукко, пригодный для многого. Он удобен в работе с рыбой и дичью, хорош и на полевой кухне, так как ему вполне «по клинку» буханка хлеба.Хитрость этого ножа в ножнах из Каухавы. Дело в том, что эта модель имеет металлический ободок ножен. Тут надо быть внимательным. После покупки ножа следует неторопливо выгнуть неизбежно чуть смявшийся ободок точно под форму ручки, выдержать овал. После этого нож тонет в ножнах просто мертво! Причем, есть как бы две позиции фиксации. Можно просто вложить нож в устье, ничуть его не заглубляя. Плотно подогнанное по профилю кольцо в сочетании с мягкой кожей совершенно надежно фиксируют нож даже при таком малом «натяге». А вот если предстоит тяжелый переход по сложному рельефу, беготня по кустам или ползанье от засады к засаде, то стоит всадить нож глубоко. Теперь его не вытащить ничем… Из подобного «консервирования» нож надо вытаскивать необычным, но простым способом, двумя руками. Левой берешь за жесткий наконечник ножен, правой – за еле выступающую ручку. А большие пальцы упираешь друг в друга. Одно легкое движение и нож наяву. Такой способ работы с эластичными ножнами из Каухавы в сочетании с отсутствием грибка делает нож специфичным . Хорошо это или плохо? Каждому решать самому. Но я напомню, прежде чем дать оценку этническому ножу, постарайтесь понять его задачу! В разношенных, старых или размокших ножнах даже финский нож держится слабовато. Владелец инстинктивно запихивает его поглубже, доставая, в конце концов, бахтарму ножен острым лезвием… В лучшем случае, наклеивает внутрь уплотнение – кожаные клинышки. Или нож выскакивает в чащобе, утащенный изгибом хитрого сучка. У меня так уходили «погулять» несколько ножей, хорошо, большинство оперативно отыскалось… Именно для таких вот условий хождения по лесу и созданы эти «партизанские» ножи.Нож я не потерял, не тот уже опыт. А вот чудесный спиннинг «Шекспир» оставил в предгорьях озера Омук-Кюэль…

Мы с женой пошли рыбачить в предгорья, на небольшое лесное озерцо, расположившееся между крутых горных гряд. Объектом нападения была щука, которая в этих местах редка и вызывает ностальгическую слезу по Большой Земле. Щуку мы не изловили, но вдосталь поохотились на уток, а потом спешно уходили от семейства медведей. Так как таскаться со штекерным спиннингом по заросшим горкам достаточно тяжело, я забрал его у жены, и, разобрав, плотно засунул за спину, под ткань высокого полукомбинезона. Сто раз проделывал это на берегу больших озер, когда надо освободить руки для карабина или добычи! А тут… Где-то на сложном спуске молодые мохнатые лиственницы, причудливо выгнутые ветрами и морозами, незаметно «вынули» «Шекспир» из-за спины, навсегда оставив его себе на память. День потратили на поиски – так и не нашли среди осеннего многоцветья… Так что любые выступающие части снаряжения при определенных условиях полевого быта – ненужная проблема. Впрочем, тут каждый решает для себя сам. Нож «Korpi» я понял только через три дня. В тот день мы активно проводили троллинг на гольца. Голец -рыба капризная. Блесну берет непредсказуемо, но очень любит весьма своеобразную погоду! Он любит атаковать блесну тогда, когда мелкая, ровная рябь затуширует зеркало озера. Именно рябь, а не волнение, пусть даже и слабое. И берет строго в одном направлении движения лодки. Поэтому, когда условия сложились, мы все силы отдали этой увлекательной рыбалке. Раз за разом выводя лодку на «глиссаду», мы вывешивали два спиннинга и шли под берегом сложным противолодочным зигзагом. Гребли в тот день я наелся досыта! Руки просто отваливались. Но удача не проскочила мимо, и мы взяли тринадцать прекрасных фиолетово-синих гольцов. Один экземпляр буйствовал особо, и его пришлось прикалывать непосредственно в лодке. Похоже, суровому «Korpi» эта задача была по душе…

И вот настало время чистить рыбу. Так как«Vаага», которым я чистил до этого, остался в палатке, а заходить в палатку после такой усталости чревато падежом на надувной матрац с мыслью «а, ну его все – потом почищу…», я начал процесс с помощью «Korpi» и сразу почувствовал разницу! Нож, доселе мне казавшийся бочковатым и толстым, уверенно лежал в руке, не вызывая никаких негативных эмоций. Наоборот! Мне казалось, что вот такая форма и есть самая удобная для удержания. В недоумении я посмотрел на свои руки и просветлел мыслью! В результате многодневной гребли, возни в ледяной воде, тасканию, копанию, etc. эти самые грабли напрочь утратили способность к изящным офисным пассам и стали чрезвычайно похожи на распухшие коряги совершенно «робинзоновского» окраса! И в тот момент, когда ваша натруженная, намороженная кисть уже не может фиксировать нож с узкой изящной рукоятью, когда признаки артрита, последствия травмы да просто дикая усталость не позволяют работать жестко на рукояти «Marttiini», хитрая «противоартритная» ручка «Korpi» начинает работать на все сто, выручая хозяина… Вот она, задача! Вот тут-то я и вспомнил впечатления друга, который, в отличие от меня, работает во многом физически, а не только подписи ставит…


И тут не имеют значения линейные размеры вашей, простите, лапы -только тонны пропущенных через
них тяжестей на единицу времени. Я представил себе уставших финских рыбаков начала века, которые работали на озерах для пропитания, а не в силу специфического хобби, и понял все окончательно. Если вы собрались работать на износ – эти ножи от «Апй» для вас.
Еще один поразивший меня момент. «Korpi» на разделке рыбы хорошо восприняла моя жена! Я ничего не мог понять. Специально стоял и смотрел на ее крошечную кисть с толстым «Korpi» наперевес. Заметил вот что. Она держала его «O.K.»-ем возле самой оковки на резе, а при вырезании жабр фиксировала мизинцем и лишь придерживала основанием большого и средним – совершенно «по-филиппински»! И ей было вполне удобно. Ай да «Korpi»! Нож для суровых мужчин с натруженными промысловыми руками и их изящных жен. А где же тут мы, урбанизированные мыслители? Хотя, надо признать, что для модели «Vaara» разделка рыбы более близка, и жена с удовольствием работала и им. Длина клинка играет роль…

Зато «Korpi» очень уверенно разделывал уток и зайцев, взятых на двадцатый «магнум». Коротким «скальпельником» куда как легче аккуратно оперировать мелкую добычу. Несколько общих замечаний и наблюдений.Коррозии они поддаются меньше многих иных. Может быть, сталь клинков «Ahti» почище от примесей: после больших объемов «водных» работ следов питтинговой коррозии так и не появилось. А может, работает прекрасная конструкция ножен. Влага уходит в бахтарму, не отталкиваясь на клинок, а вентилируясь в дальнейшем. Предел, безусловно, есть, и накопившаяся-таки капля в промоченных ножнах породила коричневые пятнышки на «Korpi». Я осознанно не осторожничал, и на газовой печке ножики не сушил. Результат вполне приемлемый. После трех походов я правил ножи всего два раза, быстро и легко. По субъективным ощущениям стойкость режущей кромки достаточно хороша. Ножи прочные и жесткие, Никакого шата или потрескивания не было даже на достаточно толстых полешках, этими ножами можно уверенно рубить с постукиванием по обуху.Осознав к концу первого похода правило «уставшей финской руки», я понял предназначение небольших буртиков у оковки клинка. Это просто допуск для желающих кастомизировать нож, подогнав напильником и надфилем ручку строго индивидуально! То есть, эти ножи не ширпотребно-массовы, но дают возможность приспособить рукоять под свои особенности хвата и работы клинком. Это хорошо. Порой очень хочется чуть подправить ножик под свои мозоли, да экономичная сверх меры ручка не дает… Такая возможность редка, но встречается, у 325-го «Eriksson», например. Есть пользователи, любящие готовую, цельную конструкцию, не желающие тратить время и силы для подгонки ножа. На фабрике «Ahti», видать, учли, что есть еще люди, относящиеся к ножу по-семейному. Такие не дают свой нож в чужие руки, как, впрочем, не торопятся и взять чужой…

Тут уж дело подхода. Заводская заточка с традиционным для финнов качеством. Общий строй оптимально выверен для тяжелой работы. Есть у меня одно наблюдение. Часто наш обладатель скандинавского ножа, замечая характерный для финнов и норвежцев более малый угол спусков у острия, впадает в негодующий ступор, а по выходу из него стремглав бежит за набором «Lansky», торопясь переточить на меньший. Это ошибка. Углы у острия выбраны неспроста. В профессиональной нормативной литературе по заготовке и обработке дичи на острие рабочего промыслового инструмента рекомендуются более большие углы: так легче вовремя почувствовать сопротивление при подрезе и не испортить шкуру. Да и работы кончиком лезвия, часто силовые, крутящие, не потерпят долго такого истончения металла в нагружаемом месте. Практика такой любительской переточки привела к тому, что многие наши производители заранее занижают угол спусков у острия клинков, которые потом быстро возвращаются к прилавку в сопровождении расстроенных владельцев. Про любителей метнуть ножик в невинную березку я уже и не говорю… Напоследок.


Ясно, что эти ножи не были единственными в моих походах. Хороших ножей много, и все они заслуживают достойной полевой нагрузки. А когда берешь в автономный выход незнакомые тебе ножи, то всегда следует подстраховаться. Компанию им составил чудесный авторский нож из нержавеющего булата от Куликова. И эти северные ножи подружились. Даже ножны подходили друг к другу! Почему?
Вспомним про упомянутую «бритву Оккама». Разумная отработанная простота реальных экспедиционных задач по обеспечению своего хозяина всем необходимым. По избавлению его от проблем и невзгод походной жизни. Вот и все. Эти ножи лишний раз научили меня, что мало выбирать модель по «свежей» руке, надо реально знать и представлять условия эксплуатации, свое состояние в начале и прогноз этого состояния после тяжелого труда. Вот так и выбирать. А может, разогнав мозговую тучу в офисе, подтянуться на перекладине десять раз перед входом в ножевой магазин? Чтобы рука устала. И верно выбрать нож для руки уставшего мужчины. Мы же хотим устать в редком полевом выходе? Хорошее это дело!